6 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве

Злоупотребление процессуальными правами в арбитражном процессе

Скажу сразу, что данным материалом я не хочу поощрять злоупотребление процессуальными правами. Наоборот. Со злоупотреблением нужно и хочется бороться. Имеющихся средств и инструментов, предоставляемых АПК РФ, все же достаточно для защиты собственных прав и интересов. Их незнание или невозможность применения не должно компенсироваться посредством уклонения от исполнения обязанностей, избыточным использованием права, обходом требований суда и закона.

Изложенное в этом материале также можно рассматривать как возможность научиться противостоять недобросовестным действиям другой стороны. В случае необходимости, заявлять суду о злоупотреблении другой стороной своими правами и о необходимости применения неблагоприятных последствий такого поведения. Уметь предугадывать следующий шаг контрагента в процессе и быть готовым к нему. Избежать обвинения в злоупотреблении своими правами.

Что такое злоупотребление процессуальным правом

Прежде всего, понимаем, что никакого четкого определения понятия «злоупотребление процессуальным правом» и никакого списка способов закон не дает. В АПК РФ отмечается, что лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Злоупотребление ими лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные Кодексом неблагоприятные последствия (п. 2 ст. 41 АПК РФ).

Из этого следует, что злоупотребление правом:

  • это недобросовестное использование предусмотренных законом процессуальных прав;
  • формально злоупотребление процессуальным правом выглядит как правомерное действие;
  • оценка этих внешне правомерных действий будет дана судом, и в случае, если суд посчитает нужным, он применит предусмотренные АПК РФ неблагоприятные последствия. Эта оценка всегда субъективна, поскольку предусмотренного законом перечня злоупотреблений нет, он наработан практикой;
  • цель злоупотребления процессуальными правами – воспрепятствовать вынесению решения, невыгодного для злоупотребляющей стороны, и вступлению его в законную силу. Как видим, такая цель не чужда любому лицу, участвующему в деле. То есть грань между защитой своих прав, предусмотренными законом способами, и злоупотреблением своими правами крайне и крайне тонка.

Какие способы злоупотребления процессуальными правами использует недобросовестная сторона

Отметим, что именно способом злоупотребления правом, а не способом реализации своих прав, они становятся в случае признания их таковыми арбитражным судом:

заявление отвода (многочисленных отводов) арбитражному суду с целью затягивания судебного разбирательства;

«дозированное», незаблаговременное предоставление суду и лицам, участвующим в деле, доказательств, отзывов и т. д.;

непредставление доказательств, указанных судом.

«Согласно абз. 2 ч. 2 ст. 41 АПК РФ злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия. В данном случае все представленные по делу доказательства оплаты представлены только в копиях, несмотря на вынесение арбитражным судом определения об истребовании подлинных экземпляров доказательств, представленных в обоснование заявленных требований в копиях. Все копии документов оформлены в нарушение установленного порядка» (постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21 августа 2020 г. по делу № А48-4616/2009(А)).

«Определениями суда были назначены экспертизы, которые не были проведены к установленным судом срокам по причине непредставления ООО необходимых бухгалтерских документов. Из материалов дела следует, что в судебные заседания представитель ответчика не являлся, что было расценено судом как злоупотребление процессуальными правами, вследствие чего ответчик был подвергнут штрафу в порядке главы 11 АПК РФ» (постановление Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 20 января 2020 г. по делу № А09-8524/2010).

несвоевременное заявление ходатайств.

«Апелляционный суд определением от 8 апреля 2020 года предлагал лицам, участвующим в деле, рассмотреть вопрос о необходимости вызова в судебное заседание свидетеля и обеспечить ее явку, неоднократно откладывал судебное разбирательство и объявлял перерывы в судебном заседании. У банка имелась реальная возможность своевременного обращения с таким ходатайством и обеспечения явки свидетеля. Заявление ходатайства о вызове свидетеля при таких обстоятельствах после стадии реплик суд расценивает как злоупотребление процессуальными правами, направленное на умышленное затягивание процесса, что, безусловно, может повлечь нарушение баланса прав и законных интересов лиц, участвующих в деле. Учитывая изложенное, оснований для удовлетворения ходатайства о вызове свидетеля не имеется» (постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 14 мая 2020 г. по делу № А78-3944/2012).

несвоевременное предъявление встречного иска с целью затягивания рассмотрения первоначального иска, подача встречного иска с недостатками оформления.

«Суд апелляционной инстанции, проведя хронологию рассмотрения настоящего дела по существу, считает необходимым указать на злоупотребление со стороны ООО своими процессуальными правами, которое выражается в предъявлении встречных исков в срок, не способствующий более быстрому рассмотрению дела, поскольку риск последствий несвоевременного совершения процессуального действия, как подача встречного иска, в данном случае полностью лежит на ответчике. Кроме того, рассмотрев приложенные к встречному иску документы, учитывая предмет и основания встречного иска, суд апелляционной инстанции полагает, что их содержание и совокупность, были явно недостаточны для рассмотрения его по существу . Следовательно, принятие встречного иска неизбежно повлекло бы за собой неоправданное затягивание рассмотрение дела по первоначальному иску. При таких обстоятельствах действия ответчика по подаче встречных исков направлены на затягивание рассмотрения настоящего дела. » (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 4 июня 2020 г. по делу № А70-9804/2012).

«Обращение ответчика со встречным исковым заявлением за два дня до дня судебного заседания по первоначальному иску направлено на затягивание рассмотрения дела и образует злоупотребление процессуальными правами. При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что в рассматриваемой ситуации отсутствовали все необходимые условия, предусмотренные п. 3 ч. 3 ст. 132 АПК РФ, в связи с чем возвращение встречного искового заявления произведено судом первой инстанции в соответствии с положениями приведенной нормы права» (постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 12 марта 2020 г. по делу № А75-8430/2012).

ссылка на неполучение корреспонденции по имеющемуся в материалах дела адресу.

«Отсутствие в материалах дела доказательств, подтверждающих получение лицами, участвующими в деле, названных документов, не может расцениваться как несоблюдение арбитражным судом правил Кодекса о надлежащем извещении. При смене адреса ООО , представителям необходимо было уведомить суд первой инстанции о направлении судебных извещений по иному адресу, однако в материалах дела не имеется такого уведомления, в присланном в суд первой инстанции 21 марта 2020 г. письме от директора ООО о переносе судебного заседания, также не указан другой адрес ответчика. В соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 41 АПК РФ злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле, влечет за собой для этих лиц предусмотренные настоящим Кодексом неблагоприятные последствия» (постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23 августа 2020 г. по делу № А57-24541/2011).

подача надуманного иска к одному из ответчиков, с целью изменения подсудности (ст. 36 АПК РФ позволяет предъявить иск по месту нахождения одного из ответчиков по выбору истца, если ответчики находятся или проживают в разных субъектах РФ).

привлечение в качестве третьих лиц незаинтересованных в исходе дела субъектов с целью затягивания рассмотрения дела. Отметим, что указание стороны дела на какое-либо лицо может и не повлечь автоматического приобретения последним статуса третьего лица – суд может потребовать обоснования такого привлечения, и до получения такового заявленный в качестве третьего лица субъект таковым не является.

обжалование судебных актов арбитражного суда, которые не подлежат обжалованию.

подача жалоб с недостатками, с целью затягивания разбирательства по ней, вступления решения арбитражного суда в законную силу (неоплата госпошлины, отсутсвие документов о вручении копий жалобы другой стороне и т.п.).

Приведенный выше перечень не является исчерпывающим. Определить, где кончается право и начинается злоупотребление им – сложно. Злоупотребление связывается с понятием недобросовестности, а является ли каждое конкретное действие недобросовестным – оценит суд. Но четких критериев такой оценки в законодательстве, увы, нет.

О злоупотреблении гражданскими процессуальными правами

Дата публикации: 13.11.2015 2015-11-13

Статья просмотрена: 5886 раз

Библиографическое описание:

Кинжибеков В. В. О злоупотреблении гражданскими процессуальными правами // Молодой ученый. — 2015. — №22. — С. 600-602. — URL https://moluch.ru/archive/102/23333/ (дата обращения: 12.02.2020).

Одним из спорных и малоизученных, но в то же время важных правовых институтов является противодействие злоупотреблению правом. Данная проблема в настоящее время хорошо изучена в науке гражданского права, однако в гражданском процессуальном праве нет четкой концепции по данному вопросу.

В целом злоупотребление — это известное в общественной жизни явление, которое имеет негативный характер. Оно определяется как нарушение «добрых», или даже «честных» правил, в силу умысла исполнителя. Слово «злоупотребление» восходит от слова «зло» в связи с этим В. П. Грибанов отмечает, что злоупотребление правом — это использование права «во зло» [1, c. 4].

Также в словарях «злоупотребление» определяется как проступок, связанный с незаконным, преступным действием, использование чего-либо во вред кому-либо [2, c.4].

В соответствии с ч.1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами [3, c.4]. Исходя из этой статьи, при анализе такого явления, как «злоупотребления», нужно рассмотреть и противоположную ему правовую категорию — «добросовестность» так как именно во взаимодействии эти явления более полно проявляют свою сущность и отражают свое значение.

Добросовестность — это некий эталон надлежащего поведения субъектов определенных отношений, на соблюдение которого рассчитывают их контрагенты [2, c 4]. Явление добросовестность олицетворяет честность, старательность в исполнении обязанностей, а также доверие к чужой честности. Если каждая сторона в процессе будет вести себя добросовестно, то это обеспечит нормальную деятельность суда и всех лиц участвующих в деле, гарантирует надлежащее осуществление прав другой стороны, а также будет способствовать выяснению объективной истины в каждом деле.

Читать еще:  Как правильно оформить заявление в суд

Таким образом, если добросовестность — это должное поведение, то злоупотребление — это намеренное недолжное поведение. При этом важной чертой здесь является цель такого поведения — соблюдение установленных прав и обязанностей, либо приобретение выгод с причинением вреда оппоненту.

Институт злоупотребления процессуальными правами в силу своей специфики и нормативного закрепления занимает особое место в рамках процессуальных отношениях. Данный институт влияет не только на сами отношения, складывающиеся в гражданском процессе, но и в целом на основы судопроизводства.

А. В. Юдин, под злоупотреблением процессуальными правами понимает особую форму гражданского процессуального правонарушения, т. е. умышленные недобросовестные действия участников гражданского процесса, сопровождающиеся нарушением условий осуществления субъективных процессуальных прав и совершаемые лишь с видимостью реализации таких прав, сопряженные с обманом в отношении известных обстоятельств дела, в целях ограничения возможности реализации или нарушения прав других лиц, участвующих в деле, а также в целях воспрепятствования деятельности суда по правильному и своевременному рассмотрению и разрешению гражданского дела, влекущие применение мер гражданского процессуального принуждения [5, c.4].

Данное определение очень детально и всесторонне описывает такое явление, как злоупотребление процессуальным правом, однако данный институт можно рассмотреть под другим углом и дать определение исходя из законодательной формулировки. Так, в соответствии с ч.1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Таким образом, исходя из законодательной трактовки, злоупотребление процессуальными правами — это нарушение лицом, участвующем в деле, обязанности добросовестного пользования процессуальными правами.

В связи с этим можно выделить следующие характерные черты злоупотребления процессуальными правами:

1) Это недобросовестное использование предусмотренных законом процессуальных прав

2) Формально злоупотребление процессуальными правами выглядят как правомерные действия

3) Злоупотребление процессуальными правами может осуществляться только лицами, участвующими в деле

4) Это влечет наступление неблагоприятных последствий. Так, если в гражданский кодекс в качестве последствий злоупотребления правом указывает на отказ суда в защите субъективного права, то в гражданском процессуальном кодексе такого последствия не усматривается. В то же время в ГПК имеются специальные нормы, которые направлены на противодействие злоупотреблению правом, в частности это нормы ст 99, 150, 159 ГПК РФ. Последствия злоупотребления процессуальными правами предусматриваются и в уголовном законодательстве, в частности ст 298.1 УК РФ [5, c. 4].

5) Целью злоупотребления является получение лицом, участвующем в деле, процессуальных выгод, которые влекут причинение процессуального вреда участникам процесса и (или) воспрепятствование деятельности суда по правильному и своевременному разрешению гражданского дела.

Таким образом, понятием «злоупотребление процессуальным правом» охватываются случаи, когда принадлежащие лицам процессуальные права осуществляются не в соответствии с их целевым назначением, а в иных целях, не связанных с защитой нарушенных прав и охраняемых законом интересов лиц. Мотивами такого поведения могут быть как желание получить права на какое-либо имущество, когда при обычных условиях лицо не может на него претендовать, так и намерение причинить вред деловой репутации ответчика, возбудив против него гражданское дело в суде. Так же очень распространённым мотивом является затягивание судебного разбирательства в целях отсрочки принятия неблагоприятного для себя решения.

Исходя из этого, можно сказать, что злоупотреблений правом в гражданском процессе очень много. В связи с этим их можно классифицировать по различным основаниям.

1) В основу первой классификации положен объект злоупотребления процессуальными правами. Так, их можно подразделить на вред, причинённый интересам правосудия, и вред, нарушивший права лиц, участвующих в деле.

2) По характеру поведения лица, злоупотребившего своими правами, можно классифицировать на совершаемые путем активных действий и путем пассивных действий.

3) По степени влияния на исход процесса злоупотребления можно разделить на повлиявшие и на не повлиявшие на исход.

4) В зависимости от последствий злоупотребления можно подразделить на причинившие незначительный, средний и существенный вред правоотношениям.

5) По сфере действия злоупотребления процессуальным правом делятся на общие и институциональные. Так, общие буду свойственны для гражданского процесса в целом и как правило свидетельствуют о неправомерности возникновения процесса. В пример можно привести неосновательное обращение в суд. Что говоря о институциональных, то они совершаются в сфере отношений, регулируемых процессуальными нормами какого-либо отдельного института отрасли. Это к примеру, злоупотребления, связанные с уплатой государственной пошлины; злоупотребления правом в сфере подведомственности и подсудности гражданского дела (то есть искусственного создания условий рассмотрения дела определенным судом); злоупотребления при формировании состава суда (например, не основанные заявления об отводе судей); злоупотребления, совершаемые представителями лиц; злоупотребления, связанные с извещением участников гражданского процесса и так далее.

Данная классификация не является исчерпывающей и как я считаю, практически любое субъективное право может быть искажено недобросовестным лицом при его использовании. Сейчас полностью определить и понять где кончается право и начинается его злоупотребление — крайне сложно. Понятие злоупотребление в гражданском процессуальном праве связанно с понятием недобросовестности, а является ли конкретное действие добросовестным или нет, будет решать суд, так как в настоящий момент нет четких критериев и правил такой оценки.

  1. Грибанов В. П. Пределы осуществления и защиты гражданских прав // Осуществления и защита гражданских прав. М., 2000.
  2. Словарь русского языка: в 4 т. / АН СССР, Ин-т рус. яз.; под ред. А. П. Евгеньевой. 3-е изд., стереотип. М.: Русский язык, 1985–1988. Т. I. А — Й. 1985.
  3. Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации от 14.11.2002 N 138-ФЗ.
  4. Юдин А. В. Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве: автореф. дисс. д-ра юрид. наук, СПб., 2009.
  5. Уголовный кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 N 63-ФЗ

Проблема злоупотребления процессуальными правами в гражданском процессе

Противодействие злоупотреблением правом – это один из самых спорных и малоизученных правовых институтов. В настоящее время в гражданском процессуальном праве отсутствует чуткая позиция по данному вопросу. В своей статье я попытаюсь прояснить блок проблем, связанных со злоупотреблением процессуальным правом, а именно: проблему отсутствия критериев злоупотребления и проблему ответственности за злоупотребление различных участников процесса, включая лиц, содействующих правосудию, в том числе представителей лиц, участвующих в деле.

Лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. [1] Исходя из этого, при изучении такого объекта, как «злоупотребление», необходимо рассмотреть и противоположную ему правовую категорию – «добросовестность». Именно во взаимодействии эти явления наиболее полно отражают свою ценность и сущность. Добросовестность-это образец правильного поведения субъектов определенных отношений, соблюдение которого ожидают его участников. Добросовестность отражает честность, трудолюбие при исполнении обязанностей. Именно добросовестное поведение сторон процесса обеспечит надлежащее функционирование суда и лиц, участвующих в деле, гарантирует надлежащее осуществление прав другой стороны и способствует установлению истины в каждом конкретном случае. В гражданском процессе категорию «добросовестность» можно понимать по-разному: как принцип осуществления субъективного гражданского процессуального права; как принцип отрасли права; как требование, предъявляемое к участникам гражданского процесса, а также как запрет злоупотребления правом.

Принцип разумности осуществления субъективных гражданских процессуальных прав характеризует целесообразность и обоснованность поведения участников. Все субъективные права, которые принадлежат участникам судопроизводства, должны осуществляться разумно, т.е. исходить их объективных требований данной процессуальной ситуации. Так, например, неоправданно высокие расходы на оплату услуг адвоката не будут компенсированы судом, поскольку они превышают разумные пределы такого возмещения (ч.1 ст.100 ГПК РФ). Для лиц, участвующих в деле, неразумность процессуальных действий может повлечь для них неблагоприятные последствия, предусмотренные российским законодательством. Таким образом, если добросовестность является правильным поведением, то злоупотребление является преднамеренным неправильным поведением. При этом важной особенностью в данной формулировке является цель такого поведения — соблюдение установленных прав и обязанностей, либо приобретение выгод с причинением вреда лицу.

Институт злоупотребления процессуальными правами занимает особое место в рамках процессуальных отношений. Этот институт затрагивает не только отношения, которые развиваются в гражданском процессе, но и в целом основы судопроизводства.

Дать определение злоупотребления процессуальными правами можно исходя из законодательной формулировки. Так, в соответствии с ч.1 ст. 35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. Таким образом, исходя из законодательного толкования, злоупотребление процессуальными правами является нарушением обязательств по справедливому и разумному использованию процессуальных прав лицом, участвующим в деле.

В связи с вышесказанным можно выделить следующие характерные черты злоупотребления процессуальными правами: недобросовестное использование закрепленных в законе процессуальных прав; формальная схожесть злоупотребления процессуальными правами с правомерными действиями; злоупотребление процессуальными правами может осуществляться только лицами, участвующими в деле; злоупотребление процессуальными правами влечет наступление неблагоприятных последствий; целью злоупотребления является получение процессуальных выгод лицом, участвующим в деле, что в свою очередь влечет причинение процессуального вреда участникам процесса и (или) препятствование деятельности суда для правильного и своевременного разрешения гражданского дела.

Исходя из вышесказанного, можно дать следующее определение: «Злоупотребление процессуальным правом является особым видом гражданского процессуального правонарушения, связанным с незаконным, несправедливым, недобросовестным и ненадлежащим использованием лицом, участвующем в деле (его представителем), своих процессуальных прав, которое выражается в виновных процессуальных действиях (бездействии), внешне соответствующим требованиям гражданско-процессуальных норм, но совершаемых с корыстным или личным мотивом (сутяжничество, личная неприязнь и т.п.), причиняющая вред интересам правосудия по гражданским делам и (или) интересам лиц, участвующих в деле (процессуальная шикана), либо недобросовестное поведение в иных формах, влекущее за собой применение мер гражданского процессуального принуждения».

Читать еще:  Как развестись в одностороннем порядке через суд

Раскроем мнимые и реальные злоупотребления процессуальным правом. Большинство злоупотреблений являются реальными, поскольку исполнитель осознает характер своих действий и имеет четко определенные цели. При мнимых злоупотреблениях субъект полагает, что он совершает злоупотребления, хотя на самом деле его действия (бездействие) вполне приемлемы и не нарушают нормы законодательства. Так, например, в одной газетной публикации о споре между двумя хозяйственными обществами указывалось, что «по ходатайству строительной компании. заседание суда было отложено в связи с отсутствием ее представителя. По информации «Самарского обозрения», если решение не будет принято до 22 ноября, ответчик сможет требовать прекращения судебного разбирательства за истечением срока давности». Не будем вдаваться в детали разрешаемого спора, однако очевидно, что срок давности был прерван предъявлением иска в установленном порядке, поэтому никакие ухищрения ответчика (в том числе неявка его представителя) не способны возобновить течение этого срока. [2]

В соответствии с ч. 1 ст. 169 ГПК отложение разбирательства дела допускается, если суд признает невозможным рассмотрение дела в этом судебном заседании вследствие неявки кого-либо из участников процесса. Это правило позволяет суду подстраховаться и перенести рассмотрение дела на более поздний срок, сославшись на то, что оно не может быть рассмотрено в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание. Из этого и следуют различные злоупотребления правом личного участия в судебном процессе. Злоупотреблением правом является не сама по себе неявка лица в процесс, а неявка с целью добиться отложения дела для затягивания судебного разбирательства либо неявка как повод для последующего обжалования решения по мотиву рассмотрения дела в отсутствие заинтересованных лиц. Лицо, злоупотребляющее правом, осознает, что при отсутствии данных о его извещении судебное слушание не состоится. Недобросовестные субъекты зачастую ссылаются на невозможность явки в процесс по уважительным причинам, которые на самом деле оказываются мнимыми или несуществующими. Очень разнообразны формы и способы документального подтверждения таких причин (поддельные справки, больничные листы и т.п.). Так, И.В. Решетникова приводит пример, когда арбитражный суд был вынужден шесть раз откладывать слушание дела в связи с неявкой ответчика. В итоге ответчик представил больничный лист, который, как выяснилось позже, оказался поддельным. [3]

Говоря о субъекте, полагаю целесообразным исключить из числа субъектов, несущих ответственность за злоупотребление правом, прокурора, а также лиц, обращающихся в суд в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц (ст. 46, 47 ГПК), за исключением отдельных организаций и граждан. Вышеперечисленные субъекты безусловно обладают независимыми процессуальными правами, но эти права не в меньшей степени выступают в качестве их процессуальных обязанностей. Исходя из этого, к правовому статусу данных лиц больше применим термин «компетенция», или «полномочия». Любое нарушение норм гражданского процессуального права с их стороны будет расцениваться не как злоупотребление правом, а как обычное гражданское процессуальное правонарушение, которые влекут за собой также их дисциплинарную ответственность в рамках трудовых правоотношений. Также нельзя сказать, что злоупотребление правом возможно со стороны суда, так как в этом случае любые противоправные действия представляют собой либо типичное гражданско-процессуальное правонарушение, либо иной вид правонарушения. Невозможность злоупотребления правом со стороны должностных лиц или органов власти не исключает совершения злоупотребления правом другим субъектом правоотношения, располагающим определенным комплексом субъективных прав (налогоплательщик; защитник в уголовном процессе; истец и ответчик; лицо, участвующее в таможенных правоотношениях). Лица, содействующие правосудию (свидетели, эксперты, переводчики и специалисты), также не могут злоупотребить процессуальным правом, поскольку их правовое положение характеризуется большим числом обязанностей и минимальным количеством прав, предоставленных им для выполнения тех же процессуальных обязанностей (например, право свидетеля пользоваться письменными материалами в случаях, если показания связаны с цифровыми или другими данными, которые трудно удержать в памяти (ст. 178 ГПК РФ)).

К перечню субъектов злоупотребления процессуальным правом можно добавить представителя лиц, участвующих в деле. В юридической науке давно обсуждается вопрос о правовом статусе представителя среди субъектов гражданского процессуального права. ГПК не включает представителей к лицам, участвующим в деле, но и никаким иным образом не определяет их место среди участников гражданского процесса. Поскольку представитель обладает всеми правами лица, участвующего в деле (за исключением распорядительных прав, которые также могут быть выражены в доверенности представителя), вполне возможно, что в своей деятельности он допустит процессуальную недобросовестность. Зачастую профессиональные представители, имеющие опыт во всех тонкостях юридического процесса, охотнее пренебрегают требованиями правовых норм, желая защитить интересы клиента любыми способами. С.А. Халатов приводит любопытный факт, касающийся ответственности адвоката в государствах — членах Совета Европы: «Адвокат ответственен за ведение дела в рамках гражданского процесса: когда наличествует возбуждение явно необоснованного иска, недобросовестное поведение, явное нарушение процедуры с очевидной целью затянуть разбирательство, суд должен либо взыскать с адвоката судебные издержки, либо наложить штраф, либо лишить права на процессуальные действия». [4]

Таким образом, из вышесказанного можно сделать вывод, что любое субъективное право может быть искажено недобросовестным поведением человека. Сейчас крайне сложно определить и понять, где заканчивается право и начинается его злоупотребление. Понятие злоупотребления в гражданском процессуальном праве связано с понятием недобросовестности, и независимо от того, является ли то или иное конкретное действие справедливым или нет, будет решать суд, поскольку на данный момент нет четких критериев и правил для такой оценки.

[2] Юдин А.В. Злоупотребление процессуальными правами в гражданском судопроизводстве. СПб., 2005.

Злоупотребление правом и процессуальными правами — достаточно эффективный механизм защиты

В этом посте я бы хотел обратить внимание коллег на такой институт права как злоупотребление правом. Те, кто активно используют его в своей практической деятельности в арбитражных судах не дадут соврать, что он довольно-таки эффективен. В СОЮ, конечно, процент дел, в которых удается добиться применения злоупотребления правом довольно мал.

Итак, злоупотребление правом обычно относят к ст. 10 ГК РФ. Однако институт добросовестности, который является более общим пронизывает всё действующее право, в том числе и материальное и процессуальное. Смысл правового регулирования гражданских отношений сводится в том числе к тому, чтобы обеспечить возможность реализации субъектами правоотношений прав таким образом, чтобы сохранить стабильность гражданского оборота. Однако такая реализация прав должна быть добросовестной.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В качестве санкции за такой деликт суд должен отказать лицу в защите его права. Это злоупотребление правом в материальном праве, но нередки ситуации злоупотребления правами в арбитражном, гражданском и административном процессах. Так, обязанность осуществлять процессуальные права добросовестно установлена в ч. 1 ст. 35 ГПК РФ, ч. 2 ст. 41 АПК РФ, ч.ч. 6, 7 ст. 45 КАС РФ.

Таким образом, законодательство Россйской Федерации предполагает необходимость добросовестного осуществления правами и в материальном, и в процессуальном праве.

При этом важно понимать, что злоупотребляющим правом является лицо, которое de jure обладает определенным правом и вправе его реализовать, однако реализация данного права имеет либо противоправную цель (обход закона), либо причинение вреда.

Если разобрать злоупотребление правом как гражданское правонарушение на состав, то субъективная сторона будет характеризоваться прямым умыслом.

Злоупотребление в материальном праве.

Здесь я приведу выдержку из своего выступления на II Международной научно-практической конференции «Жизнь права: правовая теории, правовые традиции, правовая реальность»

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции , а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Статья 10 Гражданского кодекса РФ через содержание устанавливает понятие злоупотребления правом, которое предполагает:

  • осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу (шикана),
  • действия в обход закона с противоправной целью,
  • иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

Ограничение конкуренции и злоупотребление доминирующим положением на рынке имеют целью также причинить вред третьим лицам, в связи с чем, по сути, являются в зависимости от предпринимаемых действий шикана либо действиями, совершаемыми в обход закона, в экономических правоотношениях.

При этом важно понимать, что злоупотребляющим правом является лицо, которое de jure обладает определенным правом и вправе его реализовать, однако реализация данного права имеет либо противоправную цель (обход закона), либо причинение вреда.

Злоупотребление правом является гражданско-правовым деликтом, за совершение которого в качестве санкции пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса РФ установлен отказ со стороны суда лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применение иных мер, предусмотренных законом (например, признание сделки недействительной, применение последствий недействительности сделки и др.).

Из анализа статьи 10 Гражданского кодекса РФ видно, что юридические категории «злоупотребление правом» и «добросовестность» существуют в неразрывной связи друг с другом. Злоупотребление правом возможно лишь в том случае, если лицо действует недобросовестно, т.е. либо с намерением причинить вред третьему лицу (шикана), либо выбирает такую формально соответствующую закону модель поведения, при которой реализация принадлежащего ему права не учитывает права и законные интересы иных лиц и форма реализации права лицом, не является поведением, ожидаемым от любого участника гражданского оборота.

Читать еще:  Кому жаловаться на судебных приставов исполнителей

Так, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ в определении № 32-КГ14-17 от 03.02.2015 г. указала, что «злоупотребление правом, по смыслу статьи 10 Гражданского кодекса РФ, то есть осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право; не соотносит свое поведение с интересами общества и государства; не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность».

Из анализа судебной практики арбитражных судов усматривается стремительное увеличение количества дел, в которых арбитражные суды ссылаются в текстах судебных решений в мотивировочной части на злоупотребление правом со стороны лиц, участвующих в деле.

Наиболее часто арбитражные суды ссылаются на злоупотребление правом в делах о признании сделок недействительными (в процедуре банкротства и внеконкурсному оспариванию), а также оценке действий (бездействия) органов управления хозяйственными обществами.

Если не брать во внимание судебные акты по конкретным спорам, первым документом на уровне высшей судебной инстанции, посвященным злоупотреблению правом, было информационное письмо Пре зидиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.11.2008 г. N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации». Однако и здесь Высший Арбитражный Суд РФ фактически излагал свою позицию через одобрение мотивировок арбитражных судов по конкретным делам.

Вместе с тем, именно в этом информационном письме на уровне высшей судебной инстанции была закреплена позиция, согласно которой сделка может быть признана недействительной (статья 168 Гражданского кодекса РФ) на основании именно статьи 10 Гражданского кодекса РФ. Впоследствии данный механизм был отражен в разъяснении Пленума ВАС РФ, содержащимся в пункте 10 постановления от 30.04.2009 г. № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии с которым, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами ( пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Из анализа казусов о признании сделки недействительной в рамках процедуры банкротства в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» следует, что при установлении арбитражными судами обстоятельств, свидетельствующих о том, что сделка совершена должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, такая сделка признается арбитражным судом недействительном со ссылкой на статьи 10, 168 Гражданского кодекса и статью 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

Эта очевидная сегодня для практикующих юристов позиция не всегда находила отражение в итоговых судебных актах, позициях практикующих юристов, а также правовой доктрине. Так, например, некоторые юристы предлагают использовать механизм признания сделки недействительной через злоупотребление правом только по статье 169 Гражданского кодекса РФ, т.е. в отношении сделок, совершенных с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Сторонники такого подхода ссылаются на «каучуковость» нормы о злоупотреблении правом и вытекающих рисках стабильности правоприменения.

Свое мнение по данному поводу высказал и Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 23.06.2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», в пункте 7 которого указал, что «если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной ( пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ)».

Таким образом, на сегодняшний день Верховным Судом РФ поставлена жирная точка в данном споре – на основании статьи 10 Гражданского кодекса РФ можно признавать недействительной как ничтожную (не ограничиваясь составом статьи 169 Гражданского кодекса РФ), так и оспоримую сделку.

С принятием Пленумом Верховного Суда РФ постановления от 23.06.2015 г. № 25 перед юристами встали три основных проблемы при применении института злоупотребления правом:

  1. соотношение возможности постановки судом по собственной инициативе вопроса о злоупотреблении правом с принципом состязательности сторон;
  2. распределение между сторонами спора бремени доказывания добросовестности при реализации судом активной позиции в рассмотрении дела;
  3. сохранение стабильности правоприменения при наличии «резиновой» нормы о злоупотреблении правом.

Одними из самых проблемных вопросов в практике были и остаются вопросы квалификации и доказывания при отсутствии четко сформулированной нормы.

Вместе с тем, представляется, что формулировка статьи 10 Гражданского кодекса РФ объективно не может иметь четкую, не допускающую возможность судебного усмотрения диспозицию, т.к. заранее предусмотреть все возможные способы злоупотребления правом нельзя. Попытка законодательно закрепить ситуации, при которых то или иное действие лица является злоупотреблением правом, обречена на провал. Единственный выход состоит в том, чтобы через формирование судебной практики и рассмотрение обстоятельств каждого конкретного дела выделять те действия лиц, которые однозначно можно квалифицировать в качестве злоупотребления правом.

Другая проблема, встающая перед юристами, сводится к закрепившейся сначала в судебной практике, а после разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в постановлении от 23.06.2015 г. № 25 и в акте высшей судебной инстанции, активной роли суда в рассмотрении дел. Верховный Суд РФ, дав судам возможность (а по сути формулировки абз. 4 пункта 1 постановления от 23.06.2015 г. № 25 – возложив обязанность) при очевидном отклонении действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения, самостоятельно без заявления стороны выносить на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались, открыл ящик Пандоры. Исходя из этого, вытекают сразу два вопроса: не нарушает ли такая активная роль суда принцип состязательности сторон? и как в таком случае должно быть распределено бремя доказывания?

Представляется необходимым использовать в данном случае общее правило, закрепленное в пункте 5 статьи 10 Гражданского кодекса РФ, согласно которому добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. Соответственно при вынесении судом на обсуждение вопроса об отклонении от добросовестного поведения и злоупотребления правом, необходимо исходить из того, что доказывать злоупотребление правом должна сторона, пострадавшая от такого злоупотребления. Вместе с тем, если суд поднял вопрос о злоупотреблении правом, это сигнал для реализовавшего свое право лица, что суд в итоговом судебном акте будет оценивать действия стороны с точки зрения злоупотребления права, и поэтому в интересах предположительно злоупотребляющей правом стороны представить доказательства и правовое обоснования отсутствия в ее действиях злоупотребления правом.

Вынесение судом вопроса о недобросовестном поведении на обсуждение сторон, безусловно, является некоей подсказкой суда, однако эта подсказка не лишает возможности реализовать принцип состязательности по смыслу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ и предусмотренные статьей 2 Арбитражного процессуального кодекса РФ задачи судопроизводства в арбитражных судах.

Таким образом, обращение к институту злоупотребления правом в практике арбитражных судов является эффективным способом защиты прав лица, пострадавшего от такого злоупотребления. Опасения юристов по поводу «каучуковости» статьи 10 Гражданского кодекса РФ, безусловно, имеют под собой основания. Однако насколько широко будет применяться данная норма и будет ли злоупотребление статьей 10 Гражданского кодекса зависит от судов, которым на современном этапе отведена активная роль в судопроизводстве Российской Федерации.

Многие коллеги, с которыми я общался по поводу ст. 10 ГК РФ, очень скептически отнеслись к моему посылу использовать активно этот институт особенно в СОЮ. Наверное, они правы, но только частично. Да, применение ст. 10 ГК РФ не должно и никогда не будет массовым. В целом это оправдано. Однако молчать о злоупотреблении в суде, на мой взгляд, было бы большой ошибкой.

Неплохую подборку практики гражданской коллегии ВСа по внеконкурсному оспариванию опубликовал Олег Романович Зайцев (https://zakon.ru/blog/2017/03/16/podborka_praktiki_skgd_po_vnekonkursnomu_osparivaniyu)

Очень интересный пост по применению ст.ст. 10, 168 и исковой давности на zakon.ru опубликовал Артем Георгиевич Карапетов (https://zakon.ru/blog/2017/07/12/primenenie_st10_i_st168_gk_kak_osnovanie_nedejstvitelnosti_sdelki_rezervnyj_variant_zaschity_ot_zlou).

Злоупотребление в процессуальном праве.

Здесь я бы хотел остановиться на 3 моментах:

1. Арбитражным судом многократная подача заявления о процессуальном правопреемстве была расценена как злоупотребление правом согласно абз. 2 с. 2 ст. 41 АПК РФ, в связи с чем оно было оставлено без движения с последующим возвращением заявителю (постановление АС СКО от 13.08.2015 г. по делу №А25-690/2015).

2. Изменение территориальной подсудности и подведомственности рассмотрения спора путем введения в состав лиц, участвующих в деле, поручителей может быть расценено как недобросовестное поведение и злоупотребление процессуальными правами (п. 6 постановления Пленума ВАС РФ от 12.07.2012 г. № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством».

3. Арбитражным судом непредоставление запрошенных арбитражным судом документов в рамках дела о банкротстве было квалифицировано по ч. 2 ст. 41 АПК РФ в качестве злоупотребления правом (постанорвление АС СКО от 20.07.2015 г. № Ф08-4922/2015 по делу № А53-9682/2012). Однако лично я не вижу здесь злоупотребления правом, т.к. для квалификации действия в качестве злоупотребления правом лицо должно обладать определенным правом. Однако в данном случае арбитражным судом на лицо была возложена процессуальная обязанность, а правом на предоставление/непредоставление документов данное лицо не обладало.

Конечно, это малая толика судебной практики, но злоупотребление правом реально применяется судами в качестве института и может сыграть положительную роль в рассмотрении спора.

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты 220 Вольт
Adblock
detector